Евгений Киселев: Здесь просто вольница, разгул
демократии
Мустафа
Найем
Андрей Гудзенко,
weekly.ua
На украинском телевидении Евгений Киселев появился накануне президентских
выборов 2010 года. Сначала это был небольшой телеканал "ТВі", а затем
– "Интер". Бывший собственник телеканала Валерий Хорошковский сделал
Евгению Киселеву предложение, отказаться от которого журналист не смог и не
захотел.
- Я пока не хотел бы на эту тему разговаривать, потому что, честно говоря,
новость была вырвана из контекста разговора, который состоялся на обеде с
президентом. Пока что это декларация о намерении.
- А насколько вы сами внутренне считаете правильным работать ведущим
политической программы, не имея гражданства страны, в которой работаете?
- Я приведу вам пример. Владимир Владимирович Познер, человек, который
родился во Франции, первые полтора десятка лет своей жизни прожил в Америке,
потом в Германии, а русский язык выучил только уже в сознательном возрасте, и
имеет три гражданства – французское, американское и российское. Более того:
публично говорит, что считает своей родиной Францию. При этом Познер уже много
лет прекрасно работает в России, а до этого работал в Советском Союзе.
- Недавно "Интер" поменял своих владельцев. По истечению времени
вы можете рассказать, как вы вообще оказались на канале?
- Когда вы узнали о том, что вашу программу закрывают?
- Официально мне было об этом объявлено по возвращению из новогоднего
отпуска. 15-го января меня попросил к нему приехать тогдашний председатель
правления "Интера. Он сказал, мол, вот мы приняли решение, что меняем
формат программы, по пятницам "Большая политика" больше выходить не
будет, а будет выходить другая программа, которую будет вести другой
человек". Хотя на тот момент я уже знал, что Хорошковский уже принял
решение продать канал.
- Означает ли это, что Хорошковский на тот момент уже не считал вас членом
своей команды?
- Это вы у Хорошковского спросите. Я не могу объяснить вещи, которые лежат
за гранью моего понимания добра и зла или просто рациональности.
Скажу лишь, что я не чувствую себя хоть в чем-то виноватым перед ним.
Никаких конфликтов между нами не было. Я читал его интервью, где он говорил,
что с какого-то момента ему перестала нравиться моя программа.
Но мне он ни разу не обмолвился об этом ни словом. И никто из людей в его
окружении мне тоже ни разу не транслировал хотя бы некоторое неудовольствие
акционера, а уж поверьте, челядь всегда очень быстро и с видимым удовольствием
передает, что барин сердится.
- Но теперь вы снова на канале. Кто на этот раз пригласил вас на
"Интер"?
- Вообще-то меня на телеканал нанимали акционеры.
- Есть некие правила корпоративной вежливости, которые я не хочу нарушать,
поэтому скажу, что это было их совместное решение. Я встречался и беседовал
подолгу с каждым из них, и затем это решение было оформлено соответствующим
юридическим образом.
- Чем конкретно вы сейчас занимаетесь на канале?
- Я - директор компании "Национальные информационные системы".
Проще говоря, есть телеканал "Интер" и есть самостоятельная компания
НИС, которая получает от "Интера" заказ на программу новостей.
- У многих людей складывается впечатление, что новости телеканала
"Интер", освещая работу оппозиции, более критично относятся к Арсению
Яценюку и Олегу Тягнибоку и более лояльно к Виталию Кличко. С чем это связано?
- Все просто. Дело в том, что Виталий Владимирович так редко появляется на
мероприятиях оппозиции, что о нем вообще нечего сказать. Это мне напоминает,
как во время парламентской кампании 1999 нас все время упрекали в том, что мы
явно на стороне Лужкова и Примакова. Хотя на самом деле сторонники Путина и
"Единой России" сделали абсолютно блестящий PR-ход: они просто
перестали ходить на наши эфиры, вот и возникало ощущение перекоса. В некотором
смысле, тут такая же история получается.
- Но в то же время "Интер" критично освещает и деятельность
правительства Николая Азарова. Это как-то связано с интересом акционеров?
- Да нет, господь с вами. О чем вы?
У МЕНЯ НЕТ ТЕЛЕФОНА,
ПО КОТОРОМУ Я ДОЛЖЕН СОГЛАСОВЫВАТЬ СВОИ ШАГИ С ЛЕВОЧКИНЫМ
- Интер достаточно активно освещал недавний конфликт на "ТВі".
Это как-то связано с интересами акционеров – Дмитрия Фирташа и Сергея Левочкина?
- Я эти слухи комментировать не готов. Давайте посмотрим на это по-другому.
Хорошие новости – это новости, в которых поднимаются темы, о которых говорят на
улице, в автобусах, на кухнях и в курилках. Про "ТВі" говорили все.
На канал пришли захватчики, рейдеры с какими-то поддельными, насколько я
понимаю, документами, по которым в Англии уже идет уголовное дело. Ну как об этом
не рассказывать-то?
- Но вы ведь сами признали, что "ТВі" достаточно
маленький канал с маленькой аудиторией. И достаточно странно, что это было чуть
ли не главной новостью "Подробностей".
- Это не совсем так. Недавно мы заказали два независимых опроса, которые
показали, что если еще 10-15 лет назад зритель, вечером приходивший к
телевизору, мог вообще ничего не знать о том, что произошло за минувший рабочий
день, то теперь совершенно другая картина. Около 60-70% людей, которые вечером
садятся перед телевизором, уже знают обо всем, что за день произошло. Причем
30% из них уже посидели в интернете, послушали радио, поговорили с друзьями.
- Давайте говорить откровенно. На сегодняшний день акционерами "Интера" являются Левочкин и Фирташ,
которые, которые непосредственно близки к власти, и очевидно, они не хотят,
чтобы вы, как руководитель новостей телеканала "Интер", эти интересы
нарушали.
- Я вообще-то могу сказать, что любой серьезный бизнесмен, являющийся
акционером какой-либо компании, в том числе и телевизионной, всегда
заинтересован в том, чтобы иметь нормальные отношения с властью. Бизнес вообще
не любит с властью воевать. Если случаются войны, то их обычно власть затевает.
Еще раз повторю: никакого вмешательства со стороны акционеров нет. Я понимаю,
что мне никто не поверит, особенно читатели "Украинской правды",
которые воспитаны в определенном духе и, на мой взгляд, имеют четкую
политическую окраску. Но я не могу врать.
У меня нет телефона, по которому я должен поминутно звонить и согласовывать
каждый свой шаг с Левочкиным или кем-то, кто не является частью медиа-холдинга.
И меня не приглашают – как стало практикой в России – на совещания, чтобы
согласовывать информационную повестку дня.
Но как человек мудрый, проработавший в этой профессии 25 лет, я конечно же,
понимаю, что любой менеджер моего уровня, работающий в таком крупном СМИ как
телеканал "Интер", должен постоянно думать и соразмерять свои
действия, свои решения с той реальной жизнью, в которой он живет.
- Насколько ваша личная позиция влияет на новости "Интера"?
- Вы знаете, я не люблю слова "объективность" применительно к
информационной журналистике. Потому что мы вынуждены быть необъективными.
Происходят в мире и в стране сотни событий, а мы можем подробно рассказать только
о полутора десятках. И в этом смысле мы необъективны.
С другой стороны, самые лучшие журналисты – это те, которые имеют
внутреннюю позицию, с отношением, которое может проявляться в интонации, в
подтекстах, между слов. Плохо, когда ты говоришь: "Я считаю…", когда
ты приклеиваешь ярлыки. Но когда ты, условно говоря, на полутонах даешь понять
зрителю, не в лоб, а на полутонах – это хорошо.
Главное, чтобы не замалчивать
ничего. Вот самое страшное – когда
начинают врать, замалчивают события или какую-то часть событий или не давать
слова всем участникам и т.д. Поэтому журналистика – хрен с ней, пусть она будет
субъективной, пусть видно, что она партийная, субъективная, но честная, которая
не допускает того, что мы вот об этом событии не расскажем, потому что ай-ай-ай,
нам по попке нашлепают.
- Но при этом вы же не
можете также поднять рубку и посоветоваться, скажем, с кем-то в штабе Арсения
Яценюка или Олега Тягнибока. Насколько ваше одностороннее общение а
администрацией сказывается на новостях?
- Ну почему же? Я готов
посоветоваться и с оппозицией. Я думаю, что нет такого человека, который бы не
захотел со мной встретиться за чашкой кофе. Хотя, нет, наверное, со мной не
захочет встречаться господин Медведчук. Слишком сильно он аффилирован с российским
руководством. Кстати, иногда встречаюсь с Николаем Азаровым. В последнее время
вошла в моду традиция таких вот завтраков по пятницам, которые бывают раз в
месяц или два.
- Что это за завтраки? Встречи с руководителями каналов как у Суркова?
- Нет, абсолютно. Это совсем не про это. Там и газеты, и журналы, и каналы
– много людей. Как они составляют этот список приглашенных – это не ко мне. Я
так понимаю, Николай Янович таким образом пытается подружиться с журналистами.
Хотя на этих чаепитиях подчас между Николаем Яновичем и некоторыми
представителями нашего журналистского цеха происходят мягкие по форме, но очень
жесткие по содержанию словесные пикировки.
А вообще то вы просто не представляете себе, насколько там, в Москве, все
жестко, если не сказать жестоко. У нас тут просто вольница, разгул
демократии.
